Может ли Россия остаться экономически независимым государством?

Научный руководитель института экономики РАН академик Леонид Абалкин.
Сегодня идёт перегруппировка мировых сил в лице ведущих держав планеты. Совершенно ясно, что останется такой мировой экономический центр, как США, а в ближайшее время станут такими центрами Европейский Союз и Китай. Это будут самые крупные финансовые игроки.

Я не исключаю, что большая часть наших нынешних экономических партнёров уйдёт в Европейский Союз. У нас остаётся лишь небольшая ниша - это какая-то форма сотрудничества на базе нынешнего таможенного союза России с Белоруссией и Казахстаном. Может быть, к нам примкнёт кто-то ещё - скажем, Армения - но это в любом случае будет небольшое по общей численности населения экономическое образование, меньше остальных названных мной сил. Но при этом Россия останется связующим звеном между Западом и Востоком - между Европой и Китаем. Эту политику надо обязательно продуманно проводить, потому что, повторяю, наше государство не утратило свой евразийский характер, и этот фактор мог бы открыть России ещё одно место в глобальном разделении труда. Экономических перспектив с Прибалтикой и Украиной для России я не вижу.

Единственный шанс у современной России вырваться из её нынешнего сложного экономического положения - встать на путь инновационного развития экономики. У нас были и "тучные годы", и огромный профицит бюджета, и стабилизационный фонд, но с начала этого тысячелетия мы для развития инновационной экономики не сделали ничего. Заработанные на экспорте нефти и газа деньги не пошли на инновационное обновление экономики: развитие инфраструктуры, железных дорог, транспорта, создание благоприятной инвестиционной среды. Эти деньги уходили на Запад и поддерживали зарубежную экономику. В результате мы находимся в трудном положении: в этом году существенно увеличится безработица, снизится объём строительства жилья, возникнет масса других проблем. Чтобы в такой ситуации на деле перейти к инновационной экономике, нужна другая социально-экономическая политика и стратегия, которых у нас сегодня, к сожалению, нет. Однако общество не может развиваться, когда ему предложена только одна модель развития экономики. В нашем институте экономики РАН даже разрабатывается так называемая теория социальных альтернатив. Её суть в том, что у каждого общества всегда должны быть альтернативные варианты развития, иначе оно должно будет признать, что абсолютно всё в прошлом было неизбежно: революции, гражданские войны, голод, диктаторы... С точки же зрения нашей теории даже прошлое можно рассматривать в нескольких вариантах его развития.

Существует радикальное мнение, что экспорт нефти и газа надо, во что бы то ни стало снижать, мол, сам по себе отказ от продаж углеводородов породит инновационный бум. Смотреть на эту ситуацию надо реально. Есть нефтегазопроводы в Европу, строим "Северный поток" по дну Балтийского моря, будем поставлять нефть и газ в Китай и вообще в азиатский регион... На 10-15 лет экспорт углеводородов останется основным источником финансирования бюджета страны. От него отказываться не нужно и невозможно. Но это благо нужно правильно использовать. За 10-15 лет мы должны создать платформу для внедрения новых технологий в экономику, раньше этого не сделать. Мы обязаны заложить основы базового машиностроения (всё реанимировать вряд ли удастся), которое должно стать независимым, и не втягиваться в поставки дорогих комплектующих из-за рубежа, потому что впоследствии оттуда нам в любой момент могут диктовать свои условия. Для этого нужны инвестиции, научные исследования, подготовка квалифицированных кадров на всех уровнях - от профтехучилищ до инженеров высшей квалификации, которые должны иметь навыки работы с новым оборудованием. Первые шаги в сторону инновационной экономики мы должны делать сегодня, а реальный результат получим не раньше, чем через 10-15 лет. Пройдёт два с лишним президентских срока, появится новая техническая, экономическая, гуманитарная элита. С другой стороны хочу напомнить: 15 лет – примерный период власти Брежнева со всеми вытекающими из его правления результатами для экономики СССР.

Я думаю, что нефть в течении года удержится в пределах 70 долларов за баррель. Будут, конечно, колебания под воздействием различных факторов, но к концу года этот показатель сохранится. Бюджет же 2010 года сформирован из расчёта 58 долларов за баррель (согласно прогнозу цен Министерства экономики). Доходы от нефти в бюджете 2010 года, на мой взгляд, явно занижены. Впрочем, судя по последней информации, министр финансов Кудрин ждёт от Минэкономразвития новый прогноз цен на нефть. Правда, пока не зная, какой будет излишек средств, он не решил, куда будет их направлять. Возможно, на повышение зарплат бюджетникам: врачам, учителям, учёным. Ведь этой категории рост зарплаты предусмотрен не был, в то время как инфляция планировалась порядка 10-12%.

Сегодня в составе правительства есть группа, которая привержена принципам фундаментального монетаризма. Ее представитель министр Кудрин еще недавно заявлял, что вкладывание государственных средств в инфраструктуры, в частности в развитие дорог, вызывает негативные последствия в экономике, рост инфляции. Как следствие реализации таких принципов денежная масса в России не растёт, а сокращается. В статистическом сборнике можно сравнить цифры в графе "Наличные деньги вне банковской системы" за ноябрь 2008 года и за ноябрь 2009 года: 3962,2 миллиардов и 3566,7 миллиардов рублей соответственно. То есть в условиях кризиса мы выпускаем наличных денег в обращение меньше, чем годом раньше. Выходит, что никакого влияния на инфляцию этот показатель не оказывает. Чтобы ее не было, объём денежной массы должен сокращаться. А в России при сокращении этого показателя инфляция выросла на 8,9%! Значит, Кудрин по-прежнему руководствуется гайдаровской нереалистичной, непригодной моделью финансирования экономики, предлагая при этом ещё и взять денег взаймы на Западе. Поэтому, кстати, у нас, в отличие от всего мира, цены в кризис не падают, а растут.

Экономическая политика центра не снимает и старые проблемы, которые существуют в отношении регионов-доноров и регионов-реципиентов. Суть их в том, что эта политика осуществляется через министерство финансов. Если регион - реципиент, то за каждой дополнительной субсидией из федерального бюджета он должен идти к министру финансов. Если тот даст своё согласие - субсидию реципиент получит, не даст - не получит. Согласие же можно получить, положительно ответив на вопрос: "Будете ли вы проводить ту или иную политику, благосклонны ли вы к нынешней власти?» То есть, фактически политику в регионах-реципиентах корректирует министр финансов России. Этот вопрос, кстати, непосредственно касается и неисполнения центром одной из статей федерального закона о бюджете. Каждый год ее действие автоматически откладывается. А там говорится, что взаимоотношения между федеральным и консолидированным бюджетами должны строиться из соотношения 50 на 50%. На 2010 год эта статья тоже действовать не будет, поэтому федеральный бюджет получит 60%, а регионы 40%. В нашей стране примерно десять регионов доноры, остальные реципиенты, и находятся на дотации Минфина. Центру придерживаться исполнения упомянутой мной статьи закона - значит, потерять часть своей власти над регионами.

Уровень зарплаты и налоговой шкалы тоже фактор власти. Россия практически единственная страна, где минимальная зарплата (ниже прожиточного минимума) и оплата труда людей, получающих многомиллионные доходы, облагаются по одной единой ставке - 13%. В развитых странах мира подоходный налог взимается по прогрессивной шкале. Кроме того, важно понимать, что доля оплаты труда в объёме валового внутреннего продукта у нас примерно в два раза ниже, чем в странах с развитой экономикой. По этой причине подоходный налог в России не может стать преобладающей частью бюджета. Я активный сторонник введения прогрессивной шкалы. Но эта мера блокируется многими лоббистами, влияющими на решения Министерства финансов. Когда обсуждали вопрос о подоходном налоге, то представители финансово-экономического блока Правительства предложили другую модель изъятия доходов у наиболее состоятельной части населения - посредством налогов на имущество. Однако принятый налог на имущество практически не работает. Предлог – отсутствие реальной коммерческой оценки имущества в России, а в ряде случаев идет ссылка на незавершённое строительство. Достаточно ведь не поставить шпингалет на окно и дом будет считаться в стадии строительства. И так далее. Что касается предлагаемой мной прогрессивной шкалы... Установив прожиточный минимум в 6 тысяч рублей, его следует вообще освободить от подоходного налога. Для тех, кто получает от 6 до 100 тысяч в месяц оставить налог 13%, поскольку в эту категорию входит большинство россиян. Основное население России не только не пострадает от нововведения, но и получит дополнительную выгоду в виде необлагаемых налогом 6 тысяч рублей. Для зарплат от 100 до 500 тысяч рублей в месяц я предлагаю ставку подоходного налога в 18%, а от 500 тысяч - 23%.

Такой подход правилен и с социальной точки зрения. В России сложилась крайне неравномерное распределение доходов. Коэффициент, показывающий соотношение 10% самых богатых к 10% самых бедных граждан, составляет 16:1. (В европейских странах он равняется 6-8:1). Причём речь идёт о массовом явлении, поскольку к каждой из этих категорий относится примерно по 14 миллионов человек. Из мировой практики известно, что при коэффициенте свыше 10:1 в обществе создаётся нестабильная ситуация, ухудшается криминогенная обстановка. Введение модели прогрессивного налогообложения физических лиц поможет решить эту проблему, не повышая инфляцию.
Крупный экономический резерв, который обязан учитываться в экономической стратегии государства, малый бизнес. В наших условиях крайне несовершенный. Потому что его душат. По малому бизнесу у государства нет стратегии, впрочем, как у него нет вообще никакой экономической стратегии на сегодняшний день. Необходимо предусмотреть все формы помощи малому бизнесу. Создание, к примеру, специальных офисно-складских центров с подъездными путями, газоснабжением, водоснабжением, интернетом, телефонной связью. И т.д. Это должно взять на себя государство. Кроме того, малый бизнес - это ведь средний класс населения, то есть огромная политическая поддержка власти, потому что он всегда голосует за власть. Я хорошо знаю опыт развития малого бизнеса в Корее и Канаде, там средний класс стал опорой власти и существенным элементом гражданского общества.

Сейчас принята Статегия развития России на период до 2020 года. На мой взгляд, ныне существующими финансово-экономическими структурами, в том числе Министерством экономического развития, в принципе невозможно создать эффективный механизм реализации стратегии 2020. В том числе и потому, что такой механизм является не чем-то прилагательным к концепции, а её звеном. У работников, занятых текущим регулированием процессов, постоянными корректировками показателей - темпы роста, уровень инфляции и т.д. - и у разработчиков стратегических программ - разное видение проблем. В связи с этим, по моему мнению, было бы целесообразно создать небольшое подразделение по разработке и корректировке долгосрочной социально-экономической стратегии во главе с президентом или премьер-министром. Оно могло бы заказывать научным организациям или предпринимательским объединениям проработку ключевых проблем и принимать по их результатам решения. Разработка социально-экономической стратегии до 2020 года требует нового подхода. До окончательного принятия стратегии следовало бы представить её суть и основные элементы на широкое и гласное обсуждение. Такое обсуждение проекта стратегии может быть проведено в научных организациях и крупных вузах, в региональных отделениях Российского союза промышленников и предпринимателей, Торгово-промышленной палаты и профсоюзов.

Нередко спрашивают, реалистичны ли декларации сделать рубль резервной валютой? Для такой роли у рубля шансов нет. Подобные заявления, как и обещания сделать Москву финансовым центром мира, из разряда публицистичных. Доллар и евро надолго сохранят свои позиции. Безусловно, главной мировой валютой, не взирая на кризис останется доллар. США - крупнейшая мировая экономическая, военная, информационная держава, которая по-прежнему всё держит под своим контролем. Китай не собирается делать резервной валютой юань. Евро - вот реальная величина на ближайшую перспективу, он будет существовать наравне с долларом с коэффициентом 1,3-1,35 по отношению к нему.

Мы находимся в условиях мирового финансового кризиса. Неизбежны как поиски его причин, так и путей выхода из него. Говорят, к примеру, о том, что это неизбежный этап развития мировой экономики, поскольку сейчас происходит её постепенный переход от традиционного функционирования к новому технологическому укладу. У России, скажем, был свой внутренний комплекс причин для финансового кризиса. Наряду с погашением государственного долга у нас ведь за последние годы накопился внешний корпоративный долг, который в середине прошлого года достиг порядка 500 миллиардов долларов. Он стал затрагивать ключевые отрасли народного хозяйства России, и государство было обязано выделить достаточно крупные средства, чтобы расплатиться с этими долгами, сохранив тем самым независимость экономической системы страны. Кстати, мы в институте экономики заранее предупреждали об этой угрозе и предлагали установить порог для внешних корпоративных зависимостей государства. К сожалению, властью наши предложения приняты не были. Главная причина кризиса, на мой взгляд, состоит в несостоятельности мировой валютно-финансовой системы.

И вот почему. К началу ХХ века ведущие страны мира страны перешли к единому золотому стандарту. Однако, первая мировая война значительно перераспределила золотые ресурсы ведущих стран и экономическому сообществу надо было решаться на поиск какого-то нового варианта мировой системы денежных расчётов. Ею стал доллар. Иными словами, устанавливалась официальная связь между долларом и золотом. При этом подразумевалось, что доллары на счетах могут быть обменены на золото. Такая система была достаточно устойчива. Она функционировали, примерно, четверть века, до тех пор, пока ситуация в мире вновь не изменилась. Произошли большие геополитические события, золото в значительной степени из США ушло и сосредоточилось в других странах. Как следствие, в 1971 году президент США объявил об отмене золотого обеспечения доллара. Мировым экономическим сообществом были выработаны новые принципы взаимозачётов, системы "плавающего" курса валют без обязательного обмена их на золото. В период действия этих соглашений мировая экономика развивалась достаточно стабильно - хотя были, конечно, неизбежные перепады, но мировых финансовых кризисов не было.
Одновременно в США началась практика выпуска первичных-вторичных-третичных деривативов - финансовых документов - ценных бумаг, фьючерсов, денежных обязательств - цены или условия которых были основаны на соответствующих параметрах других, базовых документов. Как правило, целью покупки деривативов стало получение не базового актива, а прибыли от изменения его цены. Эту практику инициировал глава федеральной резервной службы Алан Гринспен. Деривативы стали выдавать в крупных размерах без всяких ограничений. В итоге к 2008 году их было выпущено на сумму в 10 раз превышающую размер мирового валового внутреннего продукта! А ведь за ними не стояло никакого объекта, это были вторичные бумаги, выпущенные, повторяю, без необходимого контроля со стороны государства. Возникли "финансовые пузыри", о которых Сорос писал, что мировая финансовая система не следствие кризиса, а его причина. Деривативы лопнули, потому что Америка жила в кредит, хотя, конечно, в принципе, кредиты - необходимая для бурного развития промышленности практика, но лишь в том случае, если она связана с реальными благами.

Как же человечеству выбраться из финансового тупика? После крушения нынешней финансово-кредитной системы никакой реальной программы по выходу из кризиса и преодоления его последствий до сих пор не возникло. Все заявления мировых лидеров остаются лишь общими словами, потому что для реального преодоления глобального кризиса человечеству пора создавать новую структуру мировой финансово-кредитной системы. Необходимо дать возможность встретиться лучшим специалистам в области экономики и финансов, чтобы они спокойно выработали ту конструкцию, которая станет основой мировой финансово-кредитной системы ХХI века. Без такой новой конструкции любые полумеры ничего не решат. МВФ свою миссию исчерпал, пусть он сохранится, но надо определить его новое место. Рано или поздно человечеству все равно придется над этим работать.

Из интервью интернет-изданию «Фонтанка.ру»