Предыстория: Первые десять лет

Если политика искусство возможного, то бизнес по праву может называться искусством невозможного. Политическому деятелю есть куда отступать – во властные структуры, в чиновную вертикаль, в общественные организации или в руководство госкорпорации. Бизнесмену отступать чаще всего некуда. Он рискует имуществом, здоровьем, а то и жизнью. И потому успех его предприятия – это результат множества «комплектующих», включая интуицию, удачу и шанс, который нельзя упустить. Десятилетие ОАО «Руструбпром», поднявшейся, как партия, из идеи и достигшей кондиции, по крайней мере, «класса премиум», достойная и вызывающая уважение дата. Ибо в российских условиях никто не может себе позволить строить планы на годы вперед. Тем не менее генеральный директор Игорь Силивёрстов и его команда, готовые к неожиданностям, всегда заботились о перспективе. Просчитывали риски и делали шаги в верном направлении. Даже если это кому-то казалось авантюрой. В конечном счете, выигрывает тот, кто предвидит на несколько ходов вперед.

Эскиз к портрету лидера.
Игорь Александрович Силиверстов, 1974 г.р., был обычным советским школьником, когда время изменилось. С одной стороны, нарастал тотальный дефицит, с другой, множились ряды людей предприимчивых, которые не боялись вступать в рыночные отношения и удовлетворять нехитрый спрос. Игорь еще в школе получил первые уроки бизнеса, и учеником оказался способным. Тем более что родители – рабочие оборонных предприятий – не могли помочь подростку решить его материальные проблемы, поскольку сами испытывали трудности. Рубеж 1980-1990-х годов еще слишком памятен обвалом экономики. То, что после школы надо идти в вуз, не обсуждалось. Но и предпочтений не было. В 1991 г. Игорь поступил в Лесотехническую академию по принципу, где меньше конкурс. Впрочем, в ту пору было не до выбора профессии – строй изменился, страна стала другой. Свобода, как брызги шампанского, кружила голову, и неустойчивых сбивала с ног. Но наш студент был не из слабых, к тому же у него нашлось спасительное увлечение – рок-музыка. Ну и мелкий бизнес, конечно. Надо же было на что-то жить. Вскоре любовь к музыке и предпринимательская жилка привели к очевидному решению: выступить в качестве импресарио, организовывать платные концерты рок-групп. Сначала под предводительством Силиверстова на территории вуза организовали клуб с «музыкальным» названием «Лесопилка». Там выступали не только безвестные, но и популярные сегодня группы, такие как «Король и Шут». Потом Игорь с партнерами работал уже как профессиональный продюсер на городском уровне. Проводил рок концерты в ДК им. Шелгунова, ДК им. Горького. Одновременно получал рыночный опыт как продавец в продуктовой палатке, вскоре за растущую прибыль повышенный в звании до заведующего. Однако, шоу-бизнес расстроился – группы стали напрямую заключать договоры с залами. А оставаться в торговой точке специалисту с вузовским дипломом было не с руки, несмотря на доходность места. Пора устраиваться на постоянную работу в коммерческую структуру, решил для себя Игорь. Куда именно, еще не знал. И потому как многие соискатели просто купил газету «Работа для вас». Шел СЕНТЯБРЬ 1998 г.


Предыстория компании, рассказанная ее основателем

В некое ООО «Труботорг-Балтика» требовались сотрудники. Я только потом узнал, что это филиал московской промышленной группы «МАИР», крупнейшей в России компании по сбору и переработке металлолома. Позвонил, пригласили придти. Офис фирмы был на Кировском заводе. Встретил меня молодой энергичный директор Александр Леонидович Макаров. В моей дальнейшей судьбе этот человек сыграл огромную роль, и до сих пор мы дружим. Он объяснил, что фирма занимается реализацией металлопроката, дал изучить техническую документацию. Я тогда ничего не знал о технических характеристиках труб, чем отличаются горячекатанные от холоднодеформированных и шовные от бесшовных. Зато шоу-бизнес научил меня общаться с разными людьми, понимать их психологию и уметь убеждать. Что и требовалось в первую очередь от менеджера по продажам. Это в ходе беседы по душам понял Макаров. И сделал вывод в мою пользу: - Давай, оформляйся. Может быть, у тебя и получится.

Действительно получилось. Я начал работать в сентябре, а уже к ноябрю у нас значительно выросли продажи. Надо вспомнить, что это были первые месяцы после дефолта, когда цены резко поднялись. К началу 1999 г. они в металлургии подскочили процентов на 200. К счастью, металлоторговцы от курса доллара зависели мало: производители и потребители находились внутри страны. Так что наш доход соотносился, прежде всего, с объемом сбыта. А он к весне 1999 г. увеличился на 40%. В том числе и потому, что мы, с санкции московского руководства, начали самостоятельно работать с поставщиками металлопроката (прежде договоры шли только через Москву). Головная компания, выразив удовлетворение нашей успешной работой, предложила А.Л. Макарову повышение по службе, и Александр Леонидович переехал в московский офис директором центральной фирмы «Труботорг». А наша компания освоила новое помещение офиса на ул. Шкапина, 52 и приступила к созданию собственной базы. Меня сделали руководителем отдела снабжения.

Вот почему летом 1999 г. я был командирован в Первоуральск Свердловской обл. на трубный завод, выпускавший эксклюзивный ассортимент – свыше 25 тысяч типоразмеров труб и трубных профилей из 200 марок легированных, углеродистых и нержавеющих сталей. Мы быстро договорились с руководством завода о поставках ко взаимной выгоде, и вскоре продукция ПНТЗ начала поступать в Петербург. «Труботорг-Балтика» превратилась в полноценную стабильно работающую бизнес-единицу с широкой номенклатурой разнообразной металлопродукции. Это достижение не прошло мимо внимания «центра». Наш начальник Макаров обратился ко мне с просьбой познакомить его с дирекцией Первоуральского завода, чтобы уральцы обеспечивали трубами не только Петербург, а и всю дилерскую сеть МАИР (тогда 17 или 18 филиалов). Так и сделали. Со временем Александр Леонидович принял предложение первоуральцев и возглавил их коммерческую службу. А осенью 1999 г., отмечая мою активность как лидера продаж (петербургский филиал стал лучшим среди компаний в составе МАИР), он предложил мне перебраться в Москву директором регионального предприятия «Труботорг-Москва». Так на время я стал москвичом и ближе узнал, как работает структура Группы. Уже тогда зародилась, а потом все более оформлялась мысль, что дальше нам с МАИРом не по пути. Вникнув в тему, как вести бизнес, я понял, что у меня иное представление о деятельности компании, чем у московского руководства. В МАИРе была построена жесткая вертикаль власти, замкнутая на президента Виктора Николаевича Макушина, человека, безусловно, одаренного, но слишком авторитарного. В приказном порядке действовало и его окружение. Однако мой продюсерский опыт говорил, что бизнес и творчество вовсе не антагонисты, а близкие по духу виды деятельности. Кстати, однажды увидел баннер на Каменноостровском проспекте с надписью «Бизнес – это искусство». И подумал, насколько это верно.

Нельзя добиться от человека творческого подхода, что всегда является залогом успеха, ограничивая его свободу действий как специалиста, постоянно контролируя и требуя отчета о каждом шаге. Жизнь показала, что я был прав. МАИР перестал быть первым и лучшим в период кризиса, не смог решить экономические и социальные проблемы входящих в него предприятий. Но это уже другая история.

А тогда МАИР начал активно приобретать металлургические предприятия. Например, Саратовский метизный завод, Волгоградский трубный. Меня как способного сотрудника, внесли в список кадрового резерва на повышение и поручили съездить в Волгоград принять участие в предвыборной кампании – генеральный директор трубного завода Виктор Николаевич Савенко был выдвинут кандидатом в депутаты Госдумы РФ от МАИРа. Наш кандидат не прошел, но и такой опыт был полезен, мне стал ясен механизм выборных процедур. Кроме того, мы с Савенко нашли общий язык и остаемся не только партнерами, но и товарищами. Не думал, что еще раз придется вернуться в Волгоград. Но в январе 2000 г. я, как и другие топ-менеджеры, получил категорическое распоряжение отправиться в провинцию – налаживать систему поставок. Пришлось подчиниться. Незадолго до нашего «распределения» по регионам МАИР прибрел в Москве крупную металлобазу, куда меня назначили одним из руководителей. Дали «Волгу» с водителем. И еще несколько недель я как большой начальник разъезжал по столице на служебной машине. Это вызвало понятные колебания: может, еще пока не стоит увольняться.
Впрочем, последующие события укрепили меня в первоначальном решении. Когда я понял, что в МАИРе надолго не задержусь, с осени предпринял шаги к подготовке своей площадки в Петербурге. Идея основать компанию по поставкам трубной продукции оформилась в ноябре. Были знания этого вида бизнеса, появились и окрепли деловые связи, откликнулись на предложение о совместной работе друзья и коллеги. Первый, с кем я поделился планами самостоятельно заняться реализацией трубопроката, был Леонид Сосновский, мой одноклассник, окончивший с красным дипломом Северо-Западную Академию госслужбы. Он активно поддержал и обещал все юридические формальности взять на себя. Рассказал также коллеге по компании «Труботорг-Балтика» Михаилу Петушкову, сокурснику по ЛТА Сергею Васильеву, которого ранее пригласил на работу в «Труботорг» и одному из руководителей отдела снабжения этой же компании Андрею Казакевичу. Всем им идея показалась интересной и заслуживающей реализации. Они включились в подготовку новой фирмы к открытию. Начался процесс ее регистрации. По законам шоу-бизнеса, надо было придумать громкое имя, чтобы сразу обратить на себя внимание. Это способ быстрее войти в рынок. Подразумевалось, что потом придется упорно работать, чтобы его оправдать. Нравилось мне название небольшого завода из Первоуральска «Уралтрубпром». Я предложил похожее, но более громкое название ООО «Концерн Рострубпром Северо-Запад». Но регистрационная палата задробила, поскольку на «Россию» нужны особые права. Пришлось согласиться на «Руструбпром». В конце ноября 1999 г. компания была зарегистрирована. Подготовка документов, аренда, ремонт и оснащение офиса требовала средств. На это я пожертвовал заработанный к тому времени «Форд-скорпио», так как всегда знал: деньги приходят к тем, кто умеет работать и не жалеет труда на достижение цели. А цель задумывалась высокая – стать лучшей в отрасли компанией.

Юридическое оформление фирмы завершилось в декабре. Я параллельно являлся учредителем «Руструбпрома» и сотрудником МАИРа. Окончательно созрел для расставания с МАИРом в феврале 2000 г., когда увидел, что порученный мне участок работы на Волгоградском заводе бесперспективен. Это охладило всякое желание заниматься этим делом. Работать ради работе, даже не надеясь на результат, я никогда не умел и не хотел. Это хуже, чем искусство для искусства.

У меня есть принцип – по возможности ни с кем не ссориться и решать любые вопросы миром. В том числе и при «разводе» с партнерами. Поэтому, уходя из группы МАИР, сохранил добрые отношения со многими коллегами, некоторые потом перешли в Руструбпром. Еще одна принципиальная вещь: при всех моих колебаниях «оставаться - уходить» я везде до конца работал честно, отдавая делу максимум сил, не считаясь со временем. И такой важный момент: в результате ряда последующих реорганизаций, образовании совместных с инвесторами и партнерами бизнес-структур я всегда настаивал, чтобы в новом названии неизменно сохранялось имя «Руструбпром». И жизнь подтвердила, что я был прав. Последующие союзы оказывались временной тактической акцией, на тот период важной и необходимой обеим сторонам. Выполнив свою миссию, они прекращались. Закрывались, распадались бывшие партнерские компании. А «Руструбпром» из всех коллизий выходил более крепким и сильным, поднимался еще на несколько ступеней в организации своего бизнеса.

Итак, к моменту моего возвращения в Петербург формальности с регистрацией были завершены, на ул. Кантемировской, 12 снят офис и даже начат его ремонт, какого эти помещения не видели давно. В это время наш «Концерн» из пяти человек готовился к открытию - подготовкой рабочих мест, телефонизацией, мы закупили мебель, оргтехнику, занимались подбором кадров менеджеров, персонала. Все было сделано в течение трех месяцев. Особенно требовательно подошли к выбору секретаря, потому что от нее зависит порядок в офисе и в делопроизводстве. Из многих кандидатур «лучшей по профессии» оказалась Ася Бобкова.

За это время нашли и базу для размещения металлопродукции. С подъездными путями, подъемным краном, помещениями для штата и площадкой для складирования труб. Это была территория бывшего деревообрабатывающего завода на пр. Обуховской обороны, 76, на берегу Невы. Предприятие, находившееся тогда, как многие, в стадии банкротства. «Находка» была в удручающем состоянии. Но, во-первых, оборудованных площадок для размещения металлопродукции в городе наперечет. Все они остались с советских времен. Нового ничего не строилось. А самим построить такую базу было невозможно – это бы потребовало огромных денег. Оно и для сегодняшней нашей компании весьма затратно, а для начинающей и вовсе не подъемно. Зато заводская база сразу могла худо-бедно функционировать. Надо принять во внимание и другие обстоятельства. В стране медленно начинался подъем экономики, постепенно разворачивалось строительство, определились некоторые перспективы и для нас. И потом затевать новое живое дело было интересно. Ведь все мы были молоды, каждому лет по 25-30. В этом возрасте нормально иметь азарт и кураж. Причем, каждый из нас оставил работу, позволявшую жить без особых материальных проблем. Но мы, люди, не только обладавшие некой суммой знаний, но и успевшие себя проявить в деле, составили команду единомышленников. И потому рьяно взялись создавать серьезную компанию. Всем хотелось себя проявить, все горели желанием в полной мере реализовать знания и способности.

Первую партию труб мы торжественно отвезли на свой склад из соседнего завода «Лентрубосталь». Первую поставку бесшовных в труб в объеме одного вагона отправили в Мурманск для ремонта системы теплоснабжения в адрес ИП Романа Гребенюка, моего хорошего знакомого, с кем и сегодня поддерживаем контакты. Так появился «начальный капитал», прибыль, вся пошедшая на развитие, прежде всего технической базы.
Наконец, штат компании был сформирован, офис готов, и 1 марта 2000 г. у нас был первый полноценный рабочий день. Заработала организация, включились телефоны. Эта дата с тех пор и считается днем рождения ОАО «Руструбпром».

Главные выводы И. Силиверстова из опыта десятилетия Руструбпрома:

- Всегда брать ответственность на себя
- Работать при любой ситуации, не опускать рук, не останавливаться
- Стараться все делать вовремя, не терять времени впустую
- Чувствовать конъюнктуру рынка, быть в русле потребностей
- Ставить дальние цели развития компании, за пределы одного поколения
- Руководствоваться принципами бизнеса, не зависимо от уровня прибыли.